Пасьянс Медичи → Трансерфинг
Намерение, важность и линия жизни — на языке карт, событий и сходящейся цепочки.
Кто практикует трансерфинг, держит в голове две рабочие вещи: намерение сильнее желания, а избыточная важность чаще всего и есть то, обо что дело спотыкается. Третью вещь практикующий знает не хуже: понедельник наступает, а из книги не следует, что именно делать руками. Пасьянс Медичи встаёт ровно на это место — он даёт намерению форму, которую можно разложить, просчитать и пройти.
Метод пришёл из практики Хакеров Сновидений — российского сетевого сообщества рубежа девяностых и двухтысячных. Сообщество было настоящим: люди разбирали кастанедовский материал, снимали с него индейскую мифологию и переводили остаток на язык процедур. Вместо «войди в состояние повышенного осознания» — сделай раз, два, три, запиши результат. Вместо «почувствуй энергию» — процедура, условие проверки и критерий выполнения.
Прагматичный подход в этой области держится на них. Пасьянс Медичи оттуда же: сталкинг, упакованный в арифметику. Тридцать шесть карт, жёсткое правило сложения, результат, который считается.
Там же названы два закона, на которых стоит вся раскладка. Закон симпатии — подобное тянется к подобному, за него отвечает масть: пики — воля и преодоление, трефы — работа и быт, черви — чувства, бубны — деньги и интерес. Валентность — тип события и число сцеплений, которые оно способно дать, за неё отвечает номинал.
Широко методика разошлась через серию книг «Хакеры сновидений» Андрея Реутова. Книги художественные, и об этом стоит сказать сразу: там есть сюжет, герои и вымысел. Но написаны они с проекцией на реальных людей — группа исследователей, чьи практики в них описаны, существовала, а практикум по хакерскому сталкингу вёлся вживую, и записи его разборов сохранились.
Школы разные, и сводить их в одну мы не будем. Но там, где трансерфинг описывает отношение человека к событиям, а пасьянс — устройство самих событий, словари ложатся друг на друга без зазора.
| Трансерфинг | Пасьянс Медичи |
|---|---|
| Намерение — решимость иметь и действовать | Целевое событие, под которое заточена вся цепочка |
| Избыточная важность | Тревожная сверка с цепочкой; перебор карт (которые обозначают события) её гасит |
| Линия жизни | Последовательность событий, которую Вы отмечаете по порядку |
| Слайд — образ цели | Целевая карта: у образа появляется адрес в колоде |
| Маятник — то, что тянет внимание на себя | Внимание, ушедшее с цепочки: события перестают отмечаться |
У Зеланда намерение отделено от желания: желание — это «хочу», намерение — решимость иметь и действовать. Слабое место тут одно: решимость трудно взять и включить. Она либо есть, либо человек сидит с ощущением, что чего-то недоделал. И сколько бы он ни перечитывал книги о трансерфинге, своё «хочу» этим не выключить: задача труднодостижимая почти для каждого, кто за неё берётся.
Пасьянс Медичи решает это инструментом: он выстраивает цепочку событий, складывающихся одно с другим и ведущих к реализации намерения. Намерение в нём разобрано на события. Карта — событие, масть — сфера жизни, номинал — тип события. Восьмёрка треф это рабочая встреча, восьмёрка червей — личный разговор; шестёрка — любое перемещение, десятка — полученный итог. Цель описывается картой и ставится ближе к концу раскладки.
Дальше работает правило сложения: две карты складываются, если у них совпадает масть или номинал. По нему цепочка из тридцати шести карт сворачивается сама на себя и за тридцать четыре свёртки приходит к двум стопкам — либо приходит, либо нет. Приложение считает это мгновенно и показывает плотность цепочки числом.
Вот здесь и лежит разница, которую видно сразу: намерение перестаёт быть состоянием, которое надо в себе поддерживать, и становится списком событий, которые надо заметить.
«Снизьте важность» — совет, исполнить который решением нельзя. Человек не перестаёт переживать о результате оттого, что прочитал про избыточный потенциал. Обычно выходит наоборот: он начинает переживать ещё и о том, что переживает.
В пасьянсе важность снимается устройством работы, и от Вашей выдержки это не зависит. Пока Вы описываете события картами, подбираете масть и смотрите, сходится ли раскладка, рассудок занят перебором. Цель за это время перестаёт быть предметом тревоги: она превращается в последнюю карту цепочки, у которой есть номер, соседи и место.
Отсюда и правило практики, которое в обеих школах звучит одинаково.
Сформулируйте и отпустите. Поставьте целевую карту, один раз ярко представьте результат — и переключитесь на текущие дела. Не прокручивайте образ по кругу и не сверяйтесь с цепочкой из тревоги.
Внимание, потраченное на тревогу, вычитается из внимания, которым Вы замечаете события. Спокойному проще увидеть нужное событие в потоке дня, чем тому, кто весь в ожидании и заранее разочарован. Это тот же механизм, о котором трансерфинг говорит словом «важность», — просто здесь у него есть рычаг.
Связь между разложенными картами и тем, что происходит в жизни, описал Карл Густав Юнг понятием синхронистичности: события бывают связаны по смыслу без причинной связи между ними. Не одно вызвало другое — оба принадлежат одному моменту и одному смыслу.
Второе понятие Юнга объясняет, почему хватает тридцати шести карт. Архетипы — конечный набор типовых сюжетов, через которые психика вообще опознаёт происходящее: встреча, дорога, потеря, итог, разговор, помеха. Событий бесконечно много, типов — счётное число, и колода накрывает их целиком.
Поэтому раскладка работает сразу с двух сторон: это запись намерения на языке, который психика читает без перевода, и одновременно расчёт, который либо сходится, либо нет.
Чем это отличается от визуализации. Слайд держат вниманием, и держать его надо самому. Цепочка держится списком событий, отмеченных по порядку: внимание нужно только на то, чтобы заметить очередное и поставить отметку. Работа, которую в трансерфинге выполняет дисциплина, здесь выполняется формой.
Разложить цепочку под свою цель можно прямо сейчас — цель картой, события по порядку, расчёт сходимости на экране.